За H STUDIO стоит семейная традиция в строительстве длиной более 35 лет, а сама студия появилась в 2025 году. Как вы решили перенести этот опыт в дизайн интерьера?
Я вырос в семье, где строительство и технические вопросы были частью повседневной жизни, так что с детства меня окружали стройплощадки и то, как вещи планируют, реализуют и в итоге превращают во что-то осязаемое. Со временем захотелось добавить к этому техническому и производственному опыту ещё и творческое измерение. Дизайн интерьера дал мне именно это: соединить то, с чем я вырос, с творчеством и возможностью придать пространству характер и идентичность. Из этой идеи в итоге и родился H STUDIO.
Что вы принесли в дизайн из строительной профессии такого, чему трудно было бы научиться, если бы вы начинали только с проектирования?
Прежде всего, мы принесли опыт стройплощадки и понимание самого процесса реализации. Когда долго работаешь на объекте, учишься организовывать людей, общаться с разными участниками проекта и, пожалуй, самое важное, обращать внимание на детали, которые на бумаге часто кажутся неважными, а на практике создают большую разницу. Именно поэтому мы уделяем огромное внимание технической стороне и точности, и в проектировании, и потом в реализации. Думаю, такой опыт трудно получить, если впервые встречаешься со стройплощадкой уже после того, как закончил проект.
Чем вам запомнился первый проект, который вы подписали как H STUDIO?
Первый проект я помню прежде всего как смесь стресса и эйфории. Было много волнения, как отреагирует клиент и понравится ли ему то, что мы придумали, но одновременно огромный азарт и нетерпение наконец представить проект. В итоге получилось очень необычное пространство со множеством продуманных деталей, и этот проект остался для меня особенным воспоминанием. Думаю, именно тогда впервые появилось ощущение, что у H STUDIO формируется своя идентичность.
Когда человек входит в пространство, которое вы обустроили, по чему он должен узнать ваш почерк?
На самом деле я бы не хотел, чтобы наши проекты узнавали по одинаковому почерку. Я стараюсь, чтобы каждое пространство было уникальным, имело свой характер и хотя бы одну деталь или идею, которая отличает его от всего, что мы делали раньше. Если же выделить то, что часто проходит через наши проекты, это выбор качественных материалов и тяга к земляным, природным тонам. Я всегда стараюсь показать клиенту, насколько хороший материал может изменить итоговое впечатление от пространства, даже если для этого нужно вложить чуть больше, чем планировалось в бюджете. В конце концов, именно качество материалов и внимание к деталям чаще всего создают самую большую разницу.
У вас проектирование и реализация объединены в одном месте. Насколько это меняет итоговый результат для клиента?
Я бы сказал, что главное преимущество это гибкость. Когда один и тот же коллектив и проектирует, и реализует, проект не заканчивается в тот момент, когда выходит из офиса. В ходе работ всегда возникают ситуации, в которых мы видим, что то или иное решение можно улучшить или адаптировать, и у нас такие решения принимаются быстро и напрямую, по согласованию с клиентом. Так проект может развиваться до самого конца, без сложной коммуникации между проектировщиком, исполнителем и клиентом. Думаю, именно эта гибкость и прямое общение во многом влияют на качество конечного результата.
Есть ли в дизайне правило, которого вы всегда придерживаетесь, и такое, которое охотно нарушаете?
Я не люблю слишком руководствоваться правилами, когда речь о дизайне. Мне кажется, творчество теряет часть своей ценности, если заранее ограничивать его тем, что «можно», а что «нельзя». Чего я держусь всегда, так это точности и технической корректности. Тут нет места импровизации. Но когда доходит до самого дизайна, я люблю оставлять как можно больше свободы. Для меня хорошее пространство возникает не из следования заранее заданным правилам, а из поиска решения, которое лучше всего подходит именно этому пространству и людям, которые будут в нём жить.
„Хорошее пространство возникает не из следования заранее заданным правилам, а из поиска решения, которое лучше всего подходит именно этому пространству и людям, которые будут в нём жить.”
Вы выделяете ясную коммуникацию как часть подхода. Как вы помогаете клиенту, который не знает точно, чего хочет, принять верное решение?
Я не жду, что клиент на первой встрече точно знает, чего хочет. Более того, очень часто это не так. Поэтому мы проводим встречи чаще, и через разговор я постепенно стараюсь узнать клиента, его привычки, вкус и то, чего он ждёт от пространства. На основе этого я развиваю идею, а нередко готовлю сразу несколько разных решений, которые мы потом разбираем вместе. Клиенту гораздо легче понять, что ему подходит, когда перед глазами конкретные варианты. Так, через общение и несколько шагов, мы вместе приходим к решению, в котором клиент действительно узнаёт себя.
Где чаще всего расходятся желания клиента и то, чего на самом деле требует пространство, и как вы это решаете?
Когда речь о самом дизайне, я стараюсь уважать желания клиента, даже если какой-то выбор не совпадает с моим личным вкусом. В конце концов, у всех нас разный вкус, и не каждое пространство должно выглядеть так, как я обустроил бы его для себя. Моя задача превратить желания клиента в наилучшее возможное решение. Но там, где нет компромиссов, это функциональность пространства и техническая корректность. Если какое-то желание нарушает функциональность или может создать проблему при реализации или дальнейшем использовании пространства, я считаю своим долгом указать на это и предложить решение получше.
Где вы видите H STUDIO через пять лет?
Моя амбиция в том, чтобы H STUDIO был среди лидеров в этом деле, потому что к такому уровню я стремлюсь во всём, чем занимаюсь. Но долгосрочное видение гораздо шире самого дизайна интерьера. Я хочу, чтобы мы стали местом, куда клиент может прийти с идеей будущего дома, а получить от нас полное решение, от фундамента до крыши и до последней детали интерьера. Цель в том, чтобы объединить в одном месте проектирование, дизайн, организацию и реализацию, и чтобы на всём протяжении процесса у клиента была одна команда, которой он доверяет и которая отвечает за итоговый результат.